Избившая ребёнка приёмная мать приговорена к штрафу и, видимо, бездетности
Коллегия по уголовным делам суда ЕАО оставила в силе ранее вынесенный приговор в отношении сорокалетней жительницы одного из сёл Облученского района Надеждиной (фамилия изменена), обвинённой по статье 115 УК РФ в причинении лёгкого вреда здоровью собственного, теперь, правда, уже бывшего сына. Как сообщила государственный обвинитель, прокурор Анжела Сизова, за избиение ребёнка, ранее усыновленного осужденной, она оштрафована на сумму 4174 рубля (50 минимумов). В другом, уже гражданском, судебном процессе, прошедшем накануне, акт усыновления был аннулирован, а пострадавший водворён в школу-интернат.
В суде Надеждина свою вину признала и показала, что усыновлённый ею мальчик постоянно убегал из детского сада, а потом, когда подрос, и из дома, прятался в подвалах. Она о нём заботилась, искала, кормила, одевала, но он этого совершенно не ценил. Устраивал пожары, залезал к соседям в форточки. Когда дети в очередной раз принесли спички и пожаловались на сына, мать не выдержала и схватилась за ремень. Бить старалась по ягодицам, но поскольку он уворачивался, удары попадали по лицу и голове.
В итоге, как явствует из заключения судебно-медицинской экспертизы, пострадавший получил сотрясение головного мозга, множественные ушибы и ссадины головы. Соседка подсудимой, допрошенная в качестве свидетеля, показала, что мальчика били не раз. Однажды он поджег мебельную стенку, постоянно убегал из дома. Но сколько бы и как его ни наказывали, ничего не понимал.
Уже когда речь зашла об отказе приемной матери от сына, было установлено, что тот безнадёжно болен одним из до поры латентных (скрытых) психических расстройств, выражающихся, в частности, в полном отсутствии контроля над собственным поведением. Выступавший в процессе врач-психиатр уточнил, что заболевание возникло ещё в утробе первой матери, которая затем новорожденного покинула. Распознать патологию в раннем возрасте не удалось. Надеждина о ней поначалу даже не догадывалась. Собственно, поэтому и был расторгнут акт усыновления, а не в связи с жестоким обращением с ребёнком, коего правоохранительные органы в действиях мамаши не обнаружили. Иначе, наверное, ей грозила бы ответственность и ещё по одной статье Уголовного кодекса - 156-й) неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего, до двух лет лишения свободы).
Кстати, максимум, что могли дать ей по 115-й - это арест на четыре месяца, но суд учёл как смягчающие вину обстоятельства первую судимость, признание в совершении преступления, а отягчающих обстоятельств не установил. Впрочем, вся эта правоведческая казуистика, конечно, ни в коей мере не отражает той личной драмы, которую пережила желавшая простого материнского счастья женщина. Вряд ли она теперь захочет ещё кого-то усыновлять, хотя возможность такая, в принципе, не утеряна. Но лучшие годы потрачены на воспитание сына, который никогда не сможет вспомнить ее добра и справедливости. И била-то она, наверное, не столько его, сколько воплощение незадавшейся своей затеи быть, как все, с дитем.
- Мальчик действительно неизлечим, - подтвердила директор валдгеймской школы-интерната Галина Гейшес, куда был доставлен сразу после суда разусыновленный. - Сейчас он временно находится в центре психического здоровья. А так и у нас продолжал бегать. Приходилось всё время за руку держать, если в город выезжали. Как маленького. Начнёшь стыдить, расплачется. Бывшая мама к нему приезжала, одежду привозила. Всё-таки столько лет вместе прожили. В последнее время её что-то не видно…
Ну а могла ли Надеждина не доводить ситуацию до уголовной и вернуть больного ребёнка под опеку государства сразу, как только почувствовала, что с ним творится что-то неладное? Как сообщила инспектор по усыновлению биробиджанского городского отдела образования Валентина Рабинович, закон предусматривает такую возможность. Но только в том случае, если о заболевании ранее действительно ничего не было известно. Однако в сельской местности правовая грамотность традиционно ниже, нежели в городе. К тому же не всякая мать сможет с первого взгляда (или хотя бы со второго) точно установить, где в поведении сына баловство, а где недуг. Опять же всегда теплится надежда на то, что “перерастёт”, “повзрослеет”, “поумнеет” и т. д. А в суд обращаться - это ж в райцентр надо ехать, справки собирать, такая морока. Так и терпят до тех пор, пока уже сил терпеть не остаётся. Вот и следует срыв, чреватый самыми тяжкими последствиями.
Не всегда, разумеется, доходит в таких случаях до уголовщины, но всегда, говорят, подобные истории заканчиваются глубокими душевными травмами. Недавно в Биробиджане семья военнослужащих вынуждена была отказаться от сына. Его усыновили в двухмесячном возрасте где-то далеко от Приамурья. Младенец был с виду нормальный, воспитывался в прекраснейших условиях. Но примерно в десятилетнем возрасте его вдруг потянуло на улицу, в подвалы. Связался со шпаной, начал уносить из дома деньги, ценные вещи. Когда исчез дорогой компьютер и никакого раскаяния со стороны сына не последовало, его показали врачам. Диагноз был неутешительным: тяжёлая наследственность, внутриутробные патологии, неисправим.
Мать на суде рыдала. Мальчик тоже плакал и просил забрать его обратно. Однако для общего же блага его поместили в интернат. Режим здесь строгий, но не тюремный. Бывший сын стал сбегать к бывшим родителям. Когда его передвижение ограничили, звонил. Говорят, сейчас военные срочно ищут обмен, чтобы уехать в другой город, подальше. Хотя по большому счёту им, наверное, никогда и нигде не удастся избавиться до конца от пережитой боли.
- Всё вспоминаю одного мальчика, от которого отказались опекуны, - призналась Валентина Михайловна. - Его взяли три года назад в очень зажиточную семью из детского дома. Сказали, что стало жалко. Но усыновлять не стали: дескать, надо посмотреть, как себя будет вести. Причём он был не единственным ребёнком - там уже были свои родные сын и дочь. Сначала всё шло хорошо. А потом, видимо, опять сказалась наследственность. Не помогли ни музыкальная элитная школа, ни спортивная секция. Начал курить, попал в дурную компанию. Под его влиянием оказались старшие дети. Мать пришла со слезами и сказала, чтобы забирали. В случае с опекой это сделать проще. Но надо было потом видеть отказника! Он очень сильно переживал происшедшую перемену в своей жизни, часами сидел и молчал.
Но бывают, оказывается, случаи, когда от ребёнка отказываются, однако связи с ним не теряют. Недавно в Смидовичском районе семья, тоже очень порядочная, усыновила двух братьев-близнецов, взяв их в Хабаровске. Со временем выяснилось, что у одного врожденное психическое заболевание, а другой нормален. Пережив все обычные в таких ситуациях “круги ада”, родители вынуждены были разлучить братьев, хотя в будущем наверняка они ещё могут встретиться. Все-таки родные друг другу.
- Вот из Америки, куда в последние два года мы отправили на усыновление свыше тридцати детей, нам никого не вернут, - уверена Валентина Рабинович. - Там не скрывают тайну усыновления и эффективнее лечат психические отклонения. Больные дети, кстати, учатся не в спецшколах, а вместе с нормальными учениками. Лишь учителя у них могут быть разными.
Кстати, за эти же два года россиянами в Биробиджане усыновлены только двое младенцев. Инспектора диву даются: ещё совсем недавно от желающих отбоя не было, а детей не хватало. Сейчас в банке данных более двухсот кандидатов на усыновление-удочерение. На любой вкус: беленькие, чёрненькие, голубоглазые и кареглазые, совсем маленькие и побольше. Приходят иногда женщины, интересуются. Говорят, к примеру, нам бы такого или такую… Им тут же предлагают: есть! Но все неизменно уходят, обещают подумать и не возвращаются. Чего боятся? Вряд ли только патологий - всё-таки вышеописанные случаи, к счастью, редки. Скорее, опасаются, что просто не справятся с воспитанием в нынешней аховой жизни. Или сказывается общее падение нравов?
Бывают, оказывается, случаи такого рода, когда готовы взять любого, лишь бы пенсия у него была. Как выясняется, после усыновления государственное пособие сохраняется. Тут в отделах образования стараются быть начеку. А то как-то пожелал срочно стать отцом только что освободившийся из мест лишения свободы… убийца. В Биробиджане ему отказали, но он, по слухам, осуществил свою мечту где-то на районном уровне.
Поток американцев между тем схлынул. С 18 апреля в России введен новый порядок усыновления детей иностранцами. Требуются многочисленные согласования и разрешения, которые получают только в Москве. Так что по провинции теперь нанесен как бы двойной удар: и долларов, которыми худо-бедно одаривали социальные заведения заграничные папы и мамы, не видать, и детей девать некуда.
Хотя, может, это ошибочное предположение. Есть в Биробиджане одна удивительная бабушка, воспитывающая уже в течение пятнадцати лет своего внука. Он до сих пор не разговаривает, безнадёжно отстаёт в развитии. Пьяница-мать отказалась от него ещё в раннем детстве. отец где-то сгинул.
- Это мой грех, я буду нести его до конца, - говорит всем, кто удивляется или высказывает сожаления, сильная духом женщина. - Если уж умру, делайте что хотите…
Место парню по всем медицинским показаниям в самом страшном специнтернате. Но он пока об этом не догадывается. Бабушка возила его и в Улан-Удэ, и в другие центры нетрадиционной медицины. Не помогло. Сейчас её часто можно видеть вместе с внуком в церкви, неистово молящейся. Она верит, она надеется. Пареньку с ней хорошо.
В. ИВАЩЕНКО.
