Избиратель на предстоящих выборах в Государственную думу только и сможет, что топать ножками. Такой вывод можно сделать по итогам последней пресс-конференции избирательной комиссии Хабаровского края. Поскольку выборы нынче — главная тема, то и собрались на эту встречу все представители средств массовой информации, чтобы им популярно разъяснили, что можно на выборах, а чего нельзя. Журналисты с ужасом узнали, что нельзя ничего.
Перво-наперво новое избирательное законодательство резко повышает роль политических партий. Если раньше в Думу могло идти любое общественное объединение — а их насчитывается в России около двухсот, то теперь им перекрыли кислород. Сейчас, чтобы просто выставить своего кандидата, объединение должно иметь не менее 10 тысяч членов, не менее 50 региональных отделений, а в каждом отделении должно штатно состоять минимум сто человек.
В густонаселенных регионах страны такая высокая планка, может, и не будет заметна. Но в краях и областях, значительно удаленных от центра, сработает «прекрасно». В Хабаровском крае на все про все — до полутора миллионов жителей. Причем треть из них раскиданы по поселкам и деревням на огромной территории. Избирательный ресурс получается очень низким, а это значит, что львиная доля объединений, которые прекрасно чувствуют себя в Первопрестольной, на Дальнем Востоке свои интересы не представят никак. Возможно, этим и объясняется вялый процесс выдвижения кандидатов в Хабаровском крае.
Избирательные блоки могут состоять не более чем из трех общественных объединений. Причем в состав блока должна входить хотя бы одна политическая партия. Это еще один момент обуздания избирательной активности в регионах. Малонаселенные территории не смогут позволить себе иметь несколько блоков — политически активных людей не напасешься. Москва последовательно отсекает провинции от основной выборной нагрузки. Центр можно понять. Высшая власть старается создать лояльную Кремлю Государственную думу. Пусть там сидит оппозиция — те же коммунисты, но пусть они будут под боком. Представители регионов с их независимыми вождями Москве ни к чему. И власть добивается своего простым, проверенным и на 100% срабатывающим способом — законодательно.
Новые запреты коснулись и процесса сбора подписей. Отдавать предпочтение кому-либо из будущих кандидатов теперь нельзя на рабочем месте и в местах выдачи зарплат, пособий, стипендий, пенсий и вообще там, где крутятся какие-либо деньги. С одной стороны, такой шаг законодателей понятен — исключается возможность массового шантажа избирателей в коллективах. С другой стороны, масса организаций в современной России ведет в лучшем случае «серую» бухгалтерию. И тот, кому надо, в любом случае найдет способ купить нужное количество подписей, наплевав на новый закон, потому что «черный нал» у нас пока бессмертен и его много.
Чтобы на местах не очень-то баловались с административным ресурсом, новый закон о выборах запрещает собирать подписи органам власти, местного самоуправления и вообще органам управления любой формы собственности. Заметим, что и раньше форма административного давления на избирателей носила скрытый характер. Случаев прямого приказа подчиненным голосовать за определенного человека известно не так много. Боссы, шефы и начальники предпочитают договариваться со своими сотрудниками по-хорошему. Получается, что новые законодательные ограничения только уводят само понятие «административного ресурса» в теневую сторону. Ресурс все равно будет включаться, только еще незаметнее, чем раньше. И, конечно, обнародование подобных фактов создаст отличную почву для выборных скандалов и судов.
Закон просто отпустил вожжи, перекинув на совесть СМИ и самих избирателей большинство поводов обращений в суд. Например, регистрация кандидатов. Количество причин отказа в регистрации уменьшено до самого минимума. Избирательная комиссия не может отказать в регистрации кандидату, даже если он указал недостоверные сведения о своих доходах и об имуществе. Написал, скажем, какой-нибудь олигарх: «безработный, дохода никакого, живу в коммуналке с тещей», — и ничего ты с ним не поделаешь. Даже суд не может лишить его регистрации. Основной посыл этого нововведения — электорат сам решит, достоин ли кандидат представлять народные интересы. Правду о нем могут обнародовать только средства массовой информации.
Однако и СМИ в новом законе оказались связаны по рукам и ногам. Журналист не имеет права вести какую бы то ни было агитацию, не имеет права призвать голосовать «за» или «против» определенного кандидата, не имеет права выражать собственные предпочтения, симпатии и антипатии, не имеет права описывать возможные последствия избирательной кампании, не имеет права распространять любые сведения, способствующие созданию положительного или отрицательного отношения избирателя к кандидату. Кроме того, представитель СМИ не может сказать ни слова о деятельности кандидата, не связанной с его профессиональной деятельностью и исполнением служебных обязанностей. Это значит, что избиратель никогда не узнает, ходит ли кандидат в сауну, сколько человек у него в семье, сколько он «просаживает» в казино, какой предпочитает сорт коньяка, чем он занимался в юности и отрочестве, какие фильмы смотрит, какую музыку слушает, и еще многое другое — то, что мы называем человеческой жизнью.
Избиратель также не услышит и не прочитает мнения представителей органов власти и местного самоуправления, любых должностных лиц, военнослужащих и молодежи до 18 лет. Если чиновник исполняет служебные обязанности, его нельзя спрашивать о том, что так или иначе касается выборов. Мнения компетентных людей в предвыборной агитации будут отсутствовать.
Уважаемые избиратели, помните, что ни один кандидат не имеет права фотографироваться или сниматься на камеру рядом с вами, если вы не дали на то своего письменного согласия. Даже на плакате кандидату лучше всего быть изображенным на фоне голой стены или лесной чащи. Лица простых избирателей — это достояние России; закон не разрешает их использовать без соответствующей бумажки.
Один из основных постулатов предстоящих выборов — полная их прозрачность. В первую очередь это касается избирательных фондов. По сравнению с выборами 1999 года максимально допустимый расход партий, блоков и кандидатов увеличен в 4,5 раза. Сегодня кандидат может потратить на избирательную кампанию шесть миллионов рублей. Для партий и блоков финансовый потолок — 250 миллионов рублей. При этом уточняется, что непосредственно кандидат может внести в свой избирательный фонд только три миллиона кровных денежек. Если ему захочет помочь какой-нибудь гражданин — пожалуйста. Но только до 300 тысяч рублей. Сам фонд может составлять хоть миллиард. Но тратить из него разрешается не больше шести миллионов.
Государство намеренно идет на такой шаг, как финансовая прозрачность выборов. В принципе преследуется благая цель — помочь электорату самому, без подталкиваний, разобраться в кандидатах и в итоге сделать выбор. Вот только «коридор», по которому пойдет кандидат в Думу, настолько сужен законодательно, что возникает вопрос: а на что, собственно, тратить? Закон устанавливает массу ограничений во всем, начиная с полиграфической агитационной продукции и заканчивая формой подачи проплаченных материалов в СМИ.
Интернет забит самыми пессимистическими и даже апокалипсическими прогнозами итогов предстоящих выборов. Известные и не очень эксперты указывают, что динамика современного российского выборного процесса стремительно скатывается в темную пропасть политического коллапса. Предвыборную Россию часто сравнивают с Америкой времен Дикого Запада, где относительно упорядоченная система выборов в высший законодательный орган сформировалась только после двухсот лет свободной прессы и мучительной борьбы с тотальной коррупцией. Задается вопрос: а что мы получим в итоге? Финансовые потоки контролируют сейчас, с одной стороны, власть, с другой — многочисленные деструктивные силы. По сравнению с масштабом этого противостояния деятельность любых политических партий попросту не заметна. Лидеры думских фракций объединяются, блокируются или ссорятся, но все их игры — просто мышиная возня на фоне попыток государства найти ответ на самый главный вопрос: куда мы идем? Казалось бы, Путин ответил: туда, к священным камням Европы. И новое законодательство использовало именно европейские принципы избирательного права. Только вот насколько они применимы в России, а тем более в удаленных от центра регионах? Наверное, это мы узнаем по окончании очередного эксперимента под названием «Выборы-2003».
