Нынешний год можно назвать арсеньевским. Осенью будет отмечаться 130-летие со дня рождения этого замечательного исследователя Дальнего Востока. Несмотря на большую дистанцию лет, отделяющую нас от В. К. Арсеньева, его научное и публицистическое наследие до сих пор привлекает внимание ученых и краеведов. Большой интерес вызывают и музейные коллекции, собранные путешественником. Об одной из таких коллекций и рассказывает заведующая отделом этнографии Хабаровского краеведческого музея, кандидат исторических наук Светлана Владимировна ГОНЧАРОВА:
- Коллекция водных транспортных средств коренных жителей региона - одна из самых обширных и разнообразных в фондах нашего краеведческого музея, и создавать ее стали еще в период становления музея - к началу двадцатого века. Экспонаты в музей передавали служивые люди, чиновники, военные. В коллекции представлены все основные виды лодок, которые использовались коренными народностями - от крайнего северо-востока Азии до самого юга Приморья.
Такая же старая этнографическая коллекция есть и в Приморском краеведческом музее, но там она формировалась в основном из предметов, привезенных китобоями, моряками, торговыми людьми и также военными, совершавшими поездки на Чукотку, Камчатку и северные острова, у нас же среди дарителей было больше чиновников, которые не просто приезжали туда в командировку, а жили там какое-то время, изучали местный быт, собирали коллекции.
К сожалению, не все самые старые экспонаты сохранились, что-то было утеряно в трудное для страны время, да и сведения о том, кто и когда передал тот или иной предмет, тоже порой отрывочны, не имеют адресности. И все же наша музейная коллекция того, начального, периода весьма ценная. Есть в ней и предметы, собранные Владимиром Клавдиевичем Арсеньевым, который, как известно, в течение ряда лет был директором нашего музея, а также экспонаты Хабаровской выставки 1913 года, посвященной 300-летию царского дома Романовых.
Ценность нашей музейной коллекции еще и в том, что она создавалась, когда еще не было музеев северных территорий на Камчатке и тем более в нынешней Магаданской обрасти, где музеи стали создаваться лишь в 50 - 60-е годы двадцатого века. Правда, и экспонаты наши, как более старые, сохранились в меньшей степени. Зато какое своеобразие, неповторимость!
- Да, экспонаты интересные. Как, наверное, и сама конструкция лодок и приемы, которыми пользовались гребцы?
- Конечно, у каждого коренного народа, жившего в тайге или на Севере, были лодки определенной конструкции, хорошо приспособленные к местным условиям, и великолепные навыки, отшлифованные поколениями. Вот, скажем, корякская лодка-бат, использовавшаяся для речного и прибрежного плавания. Зачастую такие лодки соединяли попарно, как катамараны, и тогда они становились более устойчивы, могли перевозить немалый груз.
Или обшитые кожей лодки алеутов, которых по праву можно считать наилучшими морскими гребцами на севере Тихого океана. Плавали они с поразительной скоростью, без отдыха и на огромные расстояния, в любую погоду, даже штормовую, не зная страха, за что знаменитый исследователь и священник Иннокентий Вениаминов называл их морскими казаками.
Еще один уникальный экспонат - каркасная берестяная лодка из нанайского села Кондон, привезенная писателем Всеволодом Петровичем Сысоевым в шестидесятые годы, когда он был директором нашего музея. Такие лодки весьма сложны в изготовлении, для этого требовались усилия многих людей, возможно, даже целого селения, зато они очень удобны для плавания по таежным речкам. Подобные лодки я видела на Амгуни, в селе Владимировка, у негидальцев. Но, к сожалению, старинные секреты изготовления лодок утрачиваются.
- Насколько я знаю, лодками коренных жителей Приамурья интересуются и в Японии. Одна из таких лодок, изготовленная на заказ в ульчском селе Булава, экспонируется в музее этнологии города Осака. Японские коллеги, видимо, наслышаны и о “лодочной” коллекции Хабаровского краеведческого музея, стремятся к сотрудничеству?
- Да, все, что связано с темой плавания по морям и рекам, японцев особенно интересует. Когда я была в командировке в префектуре Аомори, то побывала в музее, созданном “Мичиноку Банк”. Там собраны лодки разных народов, преимущественно Тихоокеанского бассейна, и, конечно, японские лодки с древних времен и до наших дней. Японские коллеги заинтересовались коллекцией нашего музея и хотят сотрудничать в области совместных выставок.
И вообще торговый путь “Сантан”, проходивший некогда по Амуру, интересует японских исследователей, ведь торговля осуществлялась при содействии коренных народов, и транспортировка товаров на острова в большей степени зависела от нивхов, в совершенстве владевших морскими лодками. И это взаимодействие культур хорошо отражено в коллекциях и экспозициях нашего музея. Так что контакты с зарубежными музеями будут расширяться.
