ОФИЦЕРЫ

О противостоянии капитана милиции и войсковой части
В известной кинокартине “Вас ожидает гражданка Никанорова”, кроме влюбчивой героини и поселенного в ее доме ветерана, еще один запоминающийся персонаж - директор совхоза. Это он командует водителю остановить “козла”, чтобы обсудить с ветеринаром жилищный вопрос. Очень хочет директор толковому специалисту угодить по части быта…
Вряд ли будет кому-то на работе хорошо, если ему после работы плохо, - этой банальности застойного СССР не приняла пореформенная Россия. Жилищный вопрос стал сугубо личным, которого не касаются ни директор сельхозпредприятия на экране, ни глава коммерческой фирмы в реальности. Покупай, снимай, разменивай, наконец, судись - свобода полная.

Капитан милиции Герман Бойко, никогда не требовавший от начальства внимания к жилищному вопросу, в этом году лишился служебной жилплощади. А у него жена и дети… И решение суда о выселении из квартиры № 28 дома № 4 по улице Карбышева в Хабаровске-47.

Закрытый

гарнизон

От трамвайной остановки “Химфармзавод” до Хабаровска-47 до получаса хода на армейском “Урале”. Хабаровск-47 - это закрытый гарнизон, что, однако, не означает, будто там не замечено краж и других преступных деяний. Ограждение из “колючки” по периметру гарнизона не отпугивает “гастролеров”. Да и местные, служивые, вне зависимости от числа лычек и звездочек, далеко не всегда чтят Уголовный кодекс. А противостоит криминалу в Хабаровске-47 и прочих закрытых гарнизонах 1-е отделение милиции Центрального района города, куда и был принят старшим оперуполномоченным уголовного розыска Герман Бойко. До этого он отработал десять лет в милиции Хабаровского района, высшее образование получил, что называется, без отрыва от производства, не давая покоя преступному элементу, в том числе в Хабаровске-47, где удалось задержать воров, промышлявших на оружейном складе.

А подался капитан из сельской милиции в городскую потому, что невмоготу стало жить с женой и детишками в полуразвалившемся доме на 24-м километре трассы Хабаровск - Владивосток. Надежды на решение жилищного вопроса с изменением места службы оправдались: он получил двухкомнатную “служебку” в Хабаровске-47. Характерная деталь: квартира эта стала служебной на основании постановления главы Хабаровского района. Как нетрудно понять, Хабаровск-47 не в краевом центре, а в пригороде. Парадокс: если человек в штате сельской милиции, ему не стоит рассчитывать на “служебку” в закрытом гарнизоне, если же он в штате городской милиции, то новоселье не исключается… Но ведь тот же Бойко быстро освоился с обязанностями опера 1-го отделения милиции Центрального района потому, что он знал Хабаровск-47 как свои пять пальцев по работе в милиции Хабаровского района!

Впрочем, правовые и прочие характеристики служебного жилья после выдачи ордера его не тяготили. Он видел, что переезд из лачуги в нормальный дом буквально окрылил жену, она не уставала вить гнездышко. А как радовалась новизне ребятня - Ваня и Алина!.. Сам же глава семейства, окрыленный долгожданным преображением быта, работал едва ли не круглые сутки. В гарнизонной прокуратуре опера угро встречали как своего: там не скрывали, что благодаря ему активизировалось раскрытие сонма преступлений - от изнасилований и краж до махинаций с жилфондом и присвоения имущества.

Когда милицейско-прокурорский тандем добрался до командира гарнизона и его ближайшего окружения, коим было предъявлено обвинение в злоупотреблении должностными полномочиями и прочих уголовно наказуемых деяниях, долгожители гарнизона намекнули Бойко: мол, с огнем играешь… Он не воспринял всерьез досужие разговоры. Тем более, что нежданно-негаданно отбыл к новому месту службы командир гарнизона - один из фигурантов дела об исчезновении спецвагонов, которое прокуратура направила в суд.

В прокуратуре не скрывали удовлетворения по этому поводу и были обескуражены известием, что полковник, обвиняемый в подлоге, присвоении имущества, злоупотреблении полномочиями, получил назначение с перспективой стать генералом. Не где-нибудь у черта на рогах, а в столице. Как заявляли старые знакомцы без пяти минут генерала, в администрации самого президента!.. В эти пересуды капитан милиции особо не вникал: он подчинялся другим офицерам и генералам. Но гарнизонные пристрастия коснулись и его семьи. Это он понял, когда услышал от жены: “Меня не взяли…”

Жена

Инна работала в Хабаровске, но как только семья перебралась с 24-го километра в гарнизон, стала искать работу там. Ей подсказали, что можно устроиться уборщицей в гарнизонном общежитии, и она согласилась. Запаслась характеристиками с прежнего места работы, однако они не пригодились. На своем заявлении Инна увидела резолюцию нового командира гарнизона: “Отказать…” Когда добилась у него аудиенции, то услышала, что даже уборщицей жена Бойко работать в гарнизоне не будет.

По указанию нового командира Инну задержали на КПП. Она дозвонилась до него и узнала, что сделано это обоснованно, поскольку прописана она на 24-м километре. Следовательно, ее пропуск в гарнизон подлежит изъятию, сама же она не имеет права находиться на его территории. Иначе говоря, жить вместе с мужем и детьми…

Понятно, что Инна в тот вечер все же попала домой, и ей не надо было объяснять, почему вдруг в гарнизоне обеспокоились ее пропиской. Так законнику Бойко давали понять, кто есть ху, если припомнить фразеологию последнего генсека. И неизвестно, кому хуже от дотошности опера угро, - служивому люду гарнизона, где привыкли вершить дела без оглядки на кого-либо, или же ему, капитану милиции, которого легко обложить легионом инструкций военведа, чтобы потом победно произнести классическое: “Низ-зя…”

В ордере, который получил Бойко как сотрудник 1-го отделения милиции Центрального района, были записаны он сам, его жена, дети Иван и Алина. Конечно, Инна чувствовала себя на седьмом небе, когда семья переехала из придорожной хибары в квартиру со всеми удобствами. Но были и опасения. Раз жилье служебное, значит, оно временное. И если мужа на службе ценят, в чем она убеждалась неоднократно, то закрытый гарнизон - не последнее назначение для него. Останется ли семья в этой квартире, если начальство Германа заберет его отсюда в другое место?.. Чтобы в будущем неопределенность с жильем не связывала мужа в его работе, Инна решила до поры до времени не выписываться из развалюхи на 24-м километре. И никак не ожидала, что это ее решение, если и ошибочное, то легко поправимое, станет основанием для задержания на КПП. Неужто вправду в гарнизоне готовы пойти на то, чтобы разлучить ее с детьми и мужем!.. Только от осознания этого ее бросало в дрожь, а на глаза наворачивались слезы. Герман в тот злополучный вечер успокаивал жену как мог. Сам-то он не сомневался: жена ни при чем, это ему мстят…

Повышение

Хотя работал Бойко в 1-м отделении милиции Центрального района, однако с милицией Хабаровского района контактов не терял. Коллеги заезжали к нему в гарнизон, он в основном звонил им. От него, отработавшего в милиции района не один год, не скрывали, кого из знакомых офицеров двинули на повышение, кто перевелся в милицию города. “Иваныч, хватит тебе в операх ходить, - услышал он однажды. - Начальник отделения по борьбе с незаконным оборотом наркотиков нужен. Возвращайся!..” За шутливым разговором по телефону последовал серьезный разговор в райотделе. И он - согласился. В 1-м отделении милиции Центрального района, где капитан Бойко отработал два года, его возвращение в сельский райотдел встретили не без подначки: “Наши люди растут!..”

В гарнизоне будто ждали назначения Бойко. Как сотрудник 1-го отделения милиции Центрального района он был, как говорится, при исполнении. А зачисленный в штат милиции Хабаровского района, пусть даже с повышением, он сразу стал приживалой. А раз так - что с ним церемониться!.. Машину райотдела, которая стала заезжать за Бойко, в гарнизон запретили пускать. “Не переломится ваш начальничек, если на свежем воздухе прогуляется”, - ответили водителю на его вопрос, почему другим “служебкам” проезд через КПП разрешен, а та, которая забирает Бойко, неизменно тормозится.

Как был бы снят конфликт в пору, когда вышла на экраны “… гражданка Никанорова”, когда начальство было озадачено жилищным вопросом подчиненных, - словом, в самый что ни на есть застой? Тогда сотрудник милиции поставил бы в известность начальник райотдела, после чего тот набрал бы телефонный номер командира гарнизона. И полковники, милицейский и армейский, наверняка поняли бы друг друга. Быть может, после ста граммов к обоюдному удовольствию… Что сделал Бойко, когда узнал, что его жену ни с того ни с сего отказались взять на работу? Он не отправился к своему полковнику, чтобы поговорить, как странно переплелось у него служебное с семейным. Он поступил в соответствии с утвердившимися за годы реформ умонастроениями - помог жене написать иск в суд, в котором она обвинила гарнизонного полковника в игнорировании права на труд, гарантированного конституционно. В свою очередь полковник, когда стало известно о переходе капитана в милицию Хабаровского района, дал команду подготовить иск в суд о выселении Бойко и его семьи из служебной квартиры.

Суд

Хабаровский районный суд, рассмотрев заявление Инны Бойко по поводу отказа командира гарнизона взять ее на работу уборщицей, решил, что командир был прав. И превышения им должностных полномочий суд не усмотрел, и нарушения конституции.

Капитан Бойко из милиции Хабаровского района был приглашен в главное управление МВД по Дальневосточному федеральному округу, где работает в отделе по незаконному обороту наркотиков оперативно-розыскного бюро.

Хабаровский районный суд не смог рассмотреть иск Германа Бойко, в котором он считает необоснованным отказ командира гарнизона дать команду зарегистрировать его жену и детей по месту жительства. Ответчик на процесс не прибыл. Тогда же, в феврале, Хабаровский районный суд рассмотрел иск командира гарнизона о выселении семьи Бойко из служебной квартиры.

Вряд ли в курсе того, что ожидает капитана, его жену и детей, генерал-лейтенант милиции, возглавляющий главное управление МВД по Дальневосточному федеральному округу. Не принято сейчас жилищный вопрос ставить перед начальством. Значит, не позвонит милицейский генерал-лейтенант армейскому генерал-полковнику, не попросит поубавить вожжи командира закрытого гарнизона у поселка Корфовский… Телефонное право отрезано раз и навсегда. А Хабаровский районный суд оказался куда жестче гарнизонного полковника. Тот просил выселить семью капитана из двухкомнатной “служебки” с предоставлением другого жилья, суд же решил выселить - и больше ничего. Проще говоря, на улицу…

Нетрудно представить, с каким настроением служит в столичном городе Хабаровске капитан, сознающий, что в получасе езды от остановки трамвая “Химфармзавод” его семья в любой момент может быть выставлена на почерневшие от грязи гарнизонные проталины. Не по телефонному праву - по решению суда.

В марте капитан оказался на операционном столе. Не зря ведь говорят, что все болезни - от нервов…