Сегодня, дорогие читатели, мы представляем вам новую рубрику, которую будет вести известный российский писатель, автор 11 книг прозы, Вячеслав СУКАЧЕВ. “Точка зрения” - это гражданская, социальная и, наконец, философская позиция писателя, его понимание тех или иных событий, происходящих как у нас в городе, крае, так и вообще в стране. Первый материал, который автор рубрики предлагает вашему вниманию, рассказывает о том, как наплевательски порой мы относимся к окружающему нас миру…
Ноябрь, как известно, это капризное и своенравное предзимье. Никогда не знаешь, что будет завтра: снег, дождь, мороз, оттепель. Ноябрь в этом смысле очень похож на последнее десятилетие нашей раздолбанной жизни, тоже непредсказуемой, холодной и ветреной. “Ветер перемен”, который обещали нам лукавые царедворцы на заре перестройки, очень скоро превратился в шквалистый, а порой и просто штормовой ветер погибели земли русской. Сколько за эти десять лет добра потеряно, сколько дерьма - приобретено. Наверное, далеко не случайно самых отпетых негодяев зовут теперь “отморозками”, по аналогии с отмороженными корнями, которые уже ни на что не годны. Так вот, сколько этими самыми ветрами перестройки этих самых “отморозков” к нам нанесло? Порою кажется, что их уже больше в нашем обществе, чем нормальных людей. Но не будем сегодня об этом…
Уныл, непригляден и пустынно заброшен парк над Амуром, так и не обретший настоящего хозяина, способного обиходить этот дивный уголок Хабаровска. А жаль! Самой природой уготовано здесь для услады взора человеческого буквально все: тенистые деревья, разноплановый рельеф (в Германии, например, в местах отдыха специально роют овраги и отсыпают взгорки, тем самым ломая и разнообразя унылый ландшафт), и совершенно потрясающий вид на Амур. Не знаю, или люди разучились видеть красоту родной природы, или я чего-то не понимаю, но городским властям не обиходить этот уголок родного города - сродни преступлению. Отсюда, с этого естественного взгорка, созданного самой природой, начинался наш город, его история и его традиции, а мы даже деревья подсадить взамен состарившихся не можем. Не можем или не желаем?!
Конечно, надо отдать должное титаническим усилиям наших доморощенных варваров, которые крушат и ломают то немногое, что еще сохранилось в старейшем парке от благоустройства. Садовые скамейки для подонков всех мастей - что-то вроде спортивных снарядов, которые они с завидным постоянством ломают и корежат, “подкачивая” свои дурные силы. И нет никаких сил и возможности у городских властей вразумить это дикое племя варваров, но, может быть, они есть у нас? Да-да, дорогие хабаровчане, у нас с вами! Может быть, хватит отмалчиваться и делать вид, что ничего не происходит? Происходит и еще как - происходит! Наши дети, соседи, близкие и знакомые курочат лифты, обрывают телефонные трубки в телефонах-автоматах, срезают кабели, ломают почтовые ящики, гадят в подъездах и вообще просто свинячат у нас на глазах. И будут свинячить до той самой минуты, пока мы, хабаровчане, не дадим им сообща отпор. Не городские власти, не участковые милиционеры и даже не инопланетяне, а именно - мы с вами! Хватит надеяться на дядю, который придет и обиходит наш собственный дом. Не придет, потому как никому он, наш дом, кроме нас с вами, не нужен, а посему и надо сообща браться за эту непростую проблему.
Иду в сторону одной из самых главных достопримечательностей Хабаровска - к “Утесу”. Не в первый раз с сожалением отмечаю, как неуютно, бездарно и бестолково умудрились поставить памятник легендарному первооткрывателю Нижнего Амура - Геннадию Ивановичу Невельскому. Его буквально втиснули между деревьев, развернув лицом в обшарпанную, глухую стену художественного музея. Конечно, предполагается, что смотрит он на родные пределы Нижнеамурья, но в реальности-то - глухая, ободранная стена. Стыдно, право слово, перед памятью неуемного исследователя…
Все лето симпатичный белый домик на знаменитом “Утесе” находился в лесах. Все лето там что-то лепили, штукатурили, надстраивали и пристраивали. Глядя на сполохи сварки, я постоянно окорачивал желание подняться на “Утес” и окинуть взглядом далеко открывающийся простор левобережья Амура. Наконец леса убрали, и вот я вознамерился побывать на любимом месте. Однако намерения мои так и остались только намерениями: между мною и входом на смотровую площадку встали невесть откуда взявшиеся металлические решетки. К решеткам, конечно, нам не привыкать: на окнах, на лестничных площадках, на балконах имеем мы сегодня возможность любоваться затейливыми хитросплетениями арматуры, но чтобы в общественном месте, чтобы на Амур - через решетку… Воистину неисчерпаема и прихотлива наша фантазия!
Так что, господа хабаровчане, пожалуйте в новоявленный ресторан “Утес”, а вот на смотровую площадку, на ваше излюбленное на Амуре место, видимо, за отдельную плату. Я думаю, что весной металлические створки отпахнутся, и мы с вами на нашей знаменитой площадке увидим десятка два аккуратных пластмассовых столика со стульями, за “посидеть” на которых возьмут с нас соответствующую плату, в которую, надо полагать, хитроумные владельцы “Утеса” включат и возможность полюбоваться несравненными далями… Такова природа нашего предпринимательства: все мысли о собственном кармане, а о нас с вами - потом…
Опустел Амур, осиротел без дебаркадеров. Свинцовая рябь воды, чистый горизонт над отрогами Хехцира, пронизывающая понизовка - во всем увядание природы, заключительный аккорд в круговороте времени. Стоят в отрешенном раздумье безлистные орехи, клены и липы. Вздрагивают в дремотной тишине лапчатые ветви кедров, елей и пихт. Ушел в зимнюю спячку бархат, надежно укутавшись в пробковую шубу. И лишь на молоденьких дубках неумолчно журчат бронзовые листья.
Глубокое предзимье - лишь малая ступень, перешагнув которую мы переживем суровые морозы и студеные ветра и вновь оживем под благодатным солнцем, взнимемся к новой и несравненной жизни.
