В последние годы в связи с ростом туризма увеличился спрос на сувениры, в том числе изготовленные коренными народами Амура. А где есть спрос, там есть и предложение. То, что раньше являлось увлечением, хобби, сегодня зачастую становится основным делом, приносящим хлеб насущный всей семье. Как-никак, а безработица в приамурских сёлах - величина не переменная, а, скорее, постоянная. На глазах растёт число вышивальщиц и резчиков по дереву, продолжающих традиции народного творчества.
С творчеством резчика по дереву Максима Кялунзига я знакома в течение многих лет, ещё с той поры, когда в конце 80-х годов он трудился на национальном предприятии “Пакчи” в ульчском селе Булава, изготавливающем национальные изделия из дерева и бересты. Прожив более двадцати лет на родине матери - в Ульчском районе, - три года назад он вернулся в родной Хабаровск, где родился и где прошла его юность, обогащённым духовно от соприкосновения с творчеством и культурой своего народа.
Так уже получилось, что в течение жизни Максим сменил немало профессий, но почти все они так или иначе были связаны с деревом. Работал столяром-краснодеревщиком, плотником, рабочим сплава, сучкорубом. И специальность приобрёл соответствующую - станочника по деревообработке. Было, правда, одно исключение: в юности в течение четырёх лет исполнял обязанности рабочего вагона-ресторана на поездах дальнего следования. Сегодня он с головой ушёл в творчество. Резьба по дереву стала его основным занятием.
- Не каждому мастеру, - говорит Максим, - дано изготавливать ритуальные амулеты в виде сэвэнов (духов). Некоторые умельцы пробовали и, помучившись, бросали. Ульчский шаман Михаил Дуван, родственник жены, сказал, что мне “разрешено” этим заниматься. Может быть, сами духи тайги и воды помогают мне в работе, ведь мой дед со стороны матери, Росугбу Сайда, был шаманом, хранителем родового бубна.
В самом деле, Максим достиг в резьбе по дереву, можно сказать, совершенства. Попробуйте сделать из одного куска дерева целую цепочку из отдельных звеньев, нигде не прерывающихся. Его сэвэны, изображающие маси (хозяина тайги), калдяму (хранителя детских душ), ритуальные шкатулки и посуда (ото) для медвежьего праздника и обряда задабривания духов воды и тайги, палочки для еды (салбу), музыкальные погремушки (деорпу) из ели и рыбьей кожи, колотушки (гиспу) для бубна из лиственницы и камуса и другие изделия не раз выставлялись на выставках - районных, краевых, в Ленинграде и Японии (в национальном музее этнологии в городе Осака и университете Васеда в Токио). Сделанные его руками сувениры хранятся в частных коллекциях Японии, Франции, США.
Мария ЧИРИКОВА
