ЕСЛИ НЕЛЬЗЯ, НО ОЧЕНЬ ХОЧЕТСЯ, ТО МОЖНО?

Знакомство со многими уголовными делами порой заставляет очень удивляться тому, как легко и бездумно некоторые наши сограждане преступают закон в надежде поживиться за чужой счет. При этом они предпринимают такие незаконные действия, за которые просто невозможно рано или поздно не понести ответственность. Именно к разряду таких и относятся два преступления, которые сейчас расследует капитан юстиции Юлия Зинченко.

Судимость, обеспеченная страховым полисом

Поступая на работу в Госстрах в качестве страхового агента, 18-летний хабаровчанин Б. рассчитывал прилично зарабатывать. Но, как известно, работа такого рода требует особой активности, энергичности, умения находить контакт с людьми и т. п. Убедившись в этом, парень увидел, что слишком хлопотно зарабатывать на безбедное существование таким образом, и решил пойти другим путем.

В марте 2001 года он убедил одного из сограждан застраховать свой автомобиль “Ниссан-Цефиро”. Причем застраховать, как говорится, по полной программе: на случай повреждения, угона, пожара, взрыва, разбоя, неправомерного завладения автотранспортом и т. д. Страховая сумма получилась немаленькой - 177800 рублей. Но владелец автомобиля, надо полагать, дорожил своим средством передвижения и поэтому не поскупился уплатить за страховку 10368 рублей. И не пожалел об этом: через несколько месяцев на загородной трассе во время движения с высокой скоростью у него лопнуло колесо. Машина вылетела за пределы проезжей части и получила сильные повреждения. Специалисты оценили ущерб почти в 100 тысяч рублей.

Ну что ж, главное - сам цел, а восстановить авто поможет Госстрах, который в подобных ситуациях немедленно становится родным. Туда автовладелец и направился. Однако в названной страховой организации с удивлением смотрели на принесенный им договор страхования. Никаких следов этого документа здесь не смогли обнаружить.

Агента, заключившего договор, даже “вычислять” не пришлось: все необходимые для его определения данные находились в документе.

Гражданин Б. ничего вразумительного пояснить по этому поводу не мог. Да и что тут можно было пояснить, если налицо было явное присвоение чужих денег.

Клиент в данном случае страдать не должен и причитающиеся ему деньги должны быть выплачены, так как он имеет на руках подлинный договор страхования, оплаченный в полной мере, а то, что страховой агент оказался нечист на руку - так это не его проблемы.

Выяснилось, что помимо данного договора гражданин Б. не отчитался еще по 20 бланкам договоров. Вообще-то эти бланки относятся к категории строгой отчетности. И агенту периодически задавали вопросы о том, когда он за них отчитается. Но тот всякий раз говорил, что еще не заключил договоров. И дальше этого никто не шел. Видимо, соответствующие должностные лица посчитали: не хочет или не может зарабатывать - ну и пусть “лапу сосет”, а неиспользованные бланки ведь все равно рано или поздно сдаст…

Надо полагать, Б. наивно рассчитывал, что страхового случая не произойдет, вопрос о выплате страховой суммы клиенту не возникнет, а с бланками строгой отчетности как-нибудь все потихоньку утрясется. Но теперь все это будет “утрясаться” весьма болезненно. Уголовное дело в отношении мошенника возбуждено по части 2-й статьи 160-й (присвоение или растрата с причинением значительного ущерба) Уголовного кодекса РФ, что предполагает максимальное наказание в виде лишения свободы на срок от двух до шести лет плюс немалый штраф. А Юлия Зинченко сейчас выясняет, что кроется за остальными 20 бланками. И если и там дело нечисто, то часть 2-я названной статьи вполне может перерасти в 3-ю. А это уже “сулит” в перспективе срок пребывания в местах “не столь отдаленных” от пяти до десяти лет с возможной конфискацией имущества.

Испортил квартирный вопрос

Точно такое же наказание может понести и 46-летняя хабаровчанка Т. - от пяти до десяти с перспективой потери имущества, с 1983 года руководившая одним из домоуправлений в Индустриальном районе Хабаровска.

Один из пунктов должностных обязанностей предписывает ей учитывать освободившееся жилье, являющееся муниципальной собственностью, и предоставлять сведения о нем в отдел по учету и распределению жилой площади администрации района.

В 2000 году на территории, подведомственной домоуправлению, освободилась двухкомнатная квартира. Умер последний прописанный в ней человек, а на проживание в квартире никто не претендовал. И гражданка Т. решила, что не стоит “зря добру пропадать”.

Управляющая домами нашла женщину, желавшую приобрести жилье. Та осмотрела квартиру. Увидела, что она находится в крайне запущенном состоянии и нуждается в капитальном ремонте. Но Т. заверила клиентку, что жилье будет отремонтировано за счет домоуправления, а связанные с этим неудобства обусловят сравнительно невысокую цену: заплатить придется всего 90 тысяч рублей, что для двухкомнатной квартиры немного.

Надо сказать, что покупательница была искренне уверена в том, что все совершается вполне законным порядком. Она считала, что в наше время, когда уже практически все покупается и продается, домоуправление вправе продать освободившееся жилье, и деньги, естественно, пойдут на его счет, а никак не частному лицу.

В назначенное время договаривающиеся стороны встретились. Покупательница считала, что сейчас они пойдут к нотариусу, чтобы оформить сделку купли-продажи. Но Т. заверила ее, что ничего этого не требуется. Вот, дескать, ордер, и давай деньги. Покупательница заикнулась было о квитанции или чем-то подобном, подтверждающем уплату. Но опять получила возражения: какая квитанция? Вот же ордер, подтверждающий, что ты - владелица жилья. Живи и радуйся!

На том и расстались. Обязательство отремонтировать квартиру за счет домоуправления Т. выполнила лишь частично, а остальное пришлось взять на себя покупательнице.

Как о мошенничестве стало известно - об этом следствие предпочитает умолчать. Но так или иначе тайное стало явным, и родилось еще одно уголовное дело. Следствие выясняет детали преступления. В том числе и такую: каким образом подлинный бланк ордера попал в руки Т.? Подозреваемая прибегла к по-детски наивному объяснению: мол, бланк ордера ей дал совершенно незнакомый мужчина. А между тем данный бланк является бланком строгой отчетности и с весьма строгими ограничениями хранится в соответствующем отделе администрации района. Но, надо полагать, в конечном счете будет “каждой сестре по серьгам”.